Виноват ли росскийкий бизнесменн в бейрутской «Хиросиме»?
Продолжается расследование дела о страшном взрыве в порту Бейрута, из-за которого погибли 137 и пострадали более 5 тыс. человек. Вскоре после ЧП выяснилось, что сдетонировавший нитрат аммония — аммиачная селитра — попал в порт на судне Rhosus, которое было зафрахтовано уроженцем Хабаровска, жителем Кипра Игорем Гречушкиным. Кто такой Гречушкин и виноват ли он в трагедии?
Издание CyprusMail со ссылкой на грекоязычный портал alphanews.live приводит рассказ киприотского бизнесмена Хараламбоса Манолиса, который продал Гречушкину это судно в мае 2012 года. По словам Манолиса, нитрат аммония, который используется в качестве сельхозудобрения, был погружен на корабль либо в Грузии, либо на Украине и отправлялся в Мозамбик по заказу правительства этой страны. Пока судно находилось в пути, к Гречушкину обратилась некая транспортная компания с просьбой прихватить по дороге и доставить на Кипр еще и сельхозоборудование из Ливана. Это предложение Гречушкин принял и даже получил аванс. Но в Бейруте выяснилось, что погрузить оборудование на корабль невозможно по техническим причинам — оно не вмещалось на борт.
В это время сотрудники порта Бейрута провели осмотр корабля и груза и отказались выпускать судно дальше из-за проблем с документами и технического состояния судна.
Тогда Гречушкин понял, что у него проблемы одновременно и с властями Ливана, и с транспортной компанией, которая ждет свой груз (за перевозку которого он уже взял аванс). А тут еще и команда судна в порту заявила, что не получала зарплату месяцами. Ну и в завершение всех бед — правительство Мозамбика стало требовать свою селитру.
В конце концов ливанские власти приказали конфисковать 2,7 тыс. тонн нитрата аммония и судно, которое так и стояло все это время в порту. А Гречушкин объявил себя банкротом и бросил и груз, и команду, состоявшую из восьми граждан Украины и двух россиян. Причем правительство Ливана выпустило домой только шестерых моряков, остальные около года жили на судне без денег и возможности уехать.
Манолис заявил, что все это он знает, потому что у него с Гречушкиным в Лимасоле офисы находятся через стенку. Он добавил, что в последний раз видел российского предпринимателя около двух с половиной лет назад.
Газета The Times тем временем пишет, что сейчас Гречушкин владеет компанией Teto Shipping, зарегистрированной на Маршалловых островах. По данным газеты Siberian Times, Игорь Гречушкин и сейчас проживает на Кипре вместе со своей женой Ириной. Его 20-летний сын Артем обучается информатике в Шотландии. Пока ни от Гречушкина, ни от его семьи комментариев не последовало. Он не берет трубку и не отвечает на сообщения.
История разгильдяйства
Одним из первых про историю ареста в Бейруте судна Rhosus еще в 2014 году рассказал Михаил Войтенко — известный журналист в области морской тематики, главред профильного СМИ «Морской бюллетень». В своей заметке на сайте FleetMon он написал, что корабль стоит в бейрутском порту, а команда не может покинуть страну и вернуться на родину. Сегодня Войтенко считает, что, несмотря ни на что, Игорь Гречушкин не виноват во взрыве.
«Кто бы мог догадаться, что власти Бейрута за столько лет не смогут ничего сделать с этим грузом? — говорит Войтенко. — Такого рода случаи, когда корабли остаются в портах из-за финансовых проблем хозяев, происходят достаточно регулярно, ничего экстраординарного тут нет. Судоходство — это очень рискованный бизнес, особенно для начинающих, небольших и средних судовладельцев. Пока не встали на ноги, они нередко идут на авантюры, чтобы получить выгодный фрахт, подняться, найти более надежные суда и экипажи, заработать репутацию. Но на первых порах такие вещи происходят».
Журналист уверен, что в поисках Гречушкина сейчас нет никакого смысла — ведь судно задержали, конфисковали, оно было под юрисдикцией властей Бейрута, значит, они и несут за него ответственность.
«Представьте, у вас, например, эвакуировали автомобиль. У вас нет денег на его выкуп, вы махнули на него рукой. Полиция несколько лет его держит на штрафстоянке, а потом продает новому владельцу. Он попадает в аварию, гибнут люди, тут же выясняется, что машина была старая и неисправная еще с тех времен, как вы ей владели. И тут к вам придут с претензиями правоохранительные органы. Наверное, вы удивитесь. Вот и тут похожий случай. Что может сказать судовладелец? Ну да, влетел, денег нет, полностью влез в долги с этим проклятым пароходом, кредиты не дают, вернуть я его не могу, вот и бросил».
По мнению Войтенко, власти Бейрута могли бы более ответственно подойти к вопросам хранения груза и продажи судна.
«Какой бы ни был этот пароход, меньше миллиона с грузом он все равно не стоил, — считает эксперт. — А это живые деньги, какие-никакие. Но ливанцы ухитрились все прохлопать, махнули рукой, выгрузили этот нитрат аммония и про него забыли к чертовой матери. Те ребята — давно сбоку, никакой ответственности на них нет. Вся ответственность — на властях Бейрута. Привинтить вину за взрыв к Гречушкину не получится».