«В раю буду я и мои кошки». Екатеринбург простился с Николаем Колядой

Мы не прощаемся

Николай Коляда был режиссером, к которому редко относились равнодушно. Его спектакли либо любили, либо спорили с ними, но почти никогда не оставались без реакции. Для многих зрителей именно Коляда стал тем человеком, который однажды привел их в театр и заставил остаться. Его постановки были смелыми, иногда дерзкими, иногда нарочито откровенными. За это режиссера нередко критиковали, обвиняя в эпатаже. Но именно эта свобода и притягивала зрителей.

У стен Коляда-театра один из пришедших на прощание говорил об этом просто:

«Вчера разговаривали с другом и спорили, где интереснее — в Драмтеатре или в «Урал Опера Балет». В итоге решили: интереснее всего у Коляды. Его спектакли цепляют даже тех, кто вообще не интересуется театром. Я раньше классические постановки не любил — не понимал их. А после похода в Коляда-театр все изменилось», — пояснял молодой человек.

Утром у здания театра выстроилась длинная очередь. Люди стояли молча, держа в руках цветы. Их приносили к стихийному мемориалу у входа и почти сразу уходили, уступая место другим. В театральном зале, где проходило прощание, царил полумрак. Атмосфера была странной и очень похожей на сам театр Коляды: здесь одновременно плакали и смеялись. Ученики и коллеги режиссера вытирали слезы и тут же вспоминали смешные истории. В зале звучали шутки и аплодисменты.

На одной из стен показывали фотографии Николая Коляды: с друзьями, с актерами, за письменным столом. Почти на каждом снимке — его широкая, открытая улыбка. Актриса театра Тамара Зимина вспоминала его удивительный оптимизм и то, как легко он говорил даже о вещах, которые обычно пугают.

«Когда Колю однажды спросили о смерти, он ответил совершенно спокойно: “Конечно, я мечтаю о рае. В раю буду только я и мои любимые кошки”», — делилась она.

По словам актрисы, Урал подарил стране многих выдающихся людей — писателя Дмитрия Мамина-Сибиряка, поэта Бориса Рыжего. И в этом ряду, уверена она, по праву стоит Николай Коляда. Его часто называют основателем «уральской школы драматургии». На сцене его театра разворачивались истории, которые на первый взгляд казались простыми: любовь, ревность, страсть, попытка вырваться к свободе, поиск смысла жизни. Но именно в этой простоте и была сила его театра. Об этом его спектакли — «Маскарад», «Дыроватый камень», «Баба Шанель».

Министр культуры Свердловской области Илья Марков говорил о Колядe как о человеке, без которого трудно представить современную театральную жизнь региона.

«Мы полторы недели назад созвонились в последний раз, договаривались встретиться на этой неделе. Николай Владимирович — это явление. Неугомонный темперамент и, конечно, своеобразный характер. Но без этого не бывает настоящего художника. Без бурления, без закипания не происходит химическая реакция и не рождается ничего нового и значимого. Для многих людей из мира культуры Николай Владимирович был другом, проводником, учителем и наставником. А для актеров Коляда-театра — почти отцом», — сказал Марков.

Театр начинается с подвала

Среди воспоминаний о Николае Колядe звучала и история о его первом театре. Он находился в подвале. Небольшое помещение, где актеры репетировали спектакли, почти впритык друг к другу, среди декораций и реквизита. Именно оттуда и начинался театр, который позже станет одним из самых известных в Екатеринбурге.

Один из бывших чиновников свердловского правительства вспоминал, каким увидел это место впервые:

«Когда я пришел и увидел этот подвал, был удивлен. Мы сразу начали собирать нужные бумаги. Театр не должен был существовать в таких условиях. Я был готов ему помочь».

Прощание в театральном зале продолжалось несколько часов. Люди выходили к микрофону, благодарили режиссера за его спектакли, вспоминали репетиции, поездки, разговоры. Многие говорили и о том, как Коляда годами отстаивал свой театр. Иногда упрямо, иногда шумно, но всегда страстно.

Когда спустя три часа двери театра открылись, вокруг здания уже стояла большая толпа. Это были похороны, но люди аплодировали. Когда из здания вынесли гроб, кто-то громко крикнул: «Браво!» И почти сразу этот крик подхватили другие.

Режиссера провожали под песню «Пусть всегда будет солнце». В этом, кажется, и был весь Николай Коляда — человек, который умел смеяться и балагурить даже тогда, когда говорить приходилось о самом серьезном. У входа актер Олег Ягодин вместе с коллегами крикнул в сторону собравшихся:

«Благодарим вас за ваше внимание. Навсегда ваш Коляда-театр!»

Актеры говорят, что сделают все возможное, чтобы сохранить театр и творческое наследие своего режиссера и учителя. На лицах пришедших — светлая грусть. Николая Коляду похоронили на Широкореченском кладбище Екатеринбурга. После себя он оставил театральный фестиваль «Коляда-plays», десятки спектаклей и театр, который продолжит жить.

Потому что его девиз был простым: «Пусть всегда будет — Коляда».